О храме Воскресная школа Библейско-богословские курсы Приходская жизнь Страница прихожанина Новомученики Полезные ссылки

«Открытие полюса не было открытием чего‐то небывалого: полюс был, и новое было только в открытии сознанию человека того, что было от всех веков. Как земля, населенная человеком, Америка была и до своего открытия. Но и полюсы были, и атомы, и электроны: все это было, и наше дело было только в том, чтобы это бывалое открыть нашему сознанию. Значит, остановимся на том, что искусство наравне с наукой открывает бывалое. И если творчество есть создание небывалого, то где оно, это творчество небывалого. Отвечаю: Екклезиаст сказал: «Все было». Христос, напротив, дает нам то, чего не было (Воскресение). Значит, Христос принес в мир небывалое, неповторимое и незаменимое, все то человеческое, чего в природе не было».

М. М. Пришвин

В начале июня, в первые выходные летних каникул, средняя группа Воскресной школы (11‒13 лет) посетила одно из живописных и интересных мест Одинцовского района — музей‐усадьбу М. М. Пришвина в деревне Дунино.

Дунинская усадьба располагается на земельном участке площадью около гектара, расположена на склоне, дом вписан в ландшафт, он стоит на вершине склона с высокой, опирающейся на два каменных столба, верандой. Несмотря на небольшую площадь, усадьба обладает всеми приметами классической русской усадьбы: липовая и еловая аллеи, яблоневый сад, луг, дорожки, цветники, скамейки. Пришвин (родился в 1873, умер в 1954) купил усадьбу в 1946 году и проводил здесь каждое лето. После смерти писателя, его супруга Варвара Дмитриевна завещала этот дом государству с целью организовать в нем музей М. М. Пришвина.

Этого писателя некоторые знают по его книгам, другие — понаслышке: был такой писатель Михаил Михайлович Пришвин, писал он больше о природе. Поэтому и называют его часто «певец природы». Казалось бы, все о нем ясно: певец природы, а на деле до ясности ещё очень далеко. Сам Пришвин о природе однажды так написал «Спросите кого угодно, что значит природа, о которой мы говорим ежедневно,‐ и никто не даст ясный ответ». Он очень трепетно относился к природе, старался привить в своих читателях любовь к ней, по возможности публично высказывал о необходимости беречь ее: «Мы хозяева нашей природы, и она для нас кладовая солнца с великими сокровищами жизни. Мало того, чтобы сокровища эти охранять — их надо открывать и показывать. Рыбе — вода, птице — воздух, зверю — лес, степь, горы. А человеку нужна Родина. И охранять природу — значит охранять Родину».

Михаил Михайлович Пришвин Михаил Михайлович Пришвин

Но Михаил Пришвин писал не только о природе, но и мечтал создать сказку жизни «чтобы читали мои детские и охотничьи рассказы, как сказку, все возрасты». Действительно, его детские рассказы широко известны, но «детское и простое», переплетаясь с темой природы, у Пришвина часто таит в себе неожиданную глубину, потому что обращается он не к детям, а к тому «детскому», что каждый человек в себе знает «в детях мы любим не просто одно то, что они маленькие. Мы любим в них то прекрасное, что было в нас или около нас в нашем детстве… Сколько философии и поэзии клубится в ребёнке и куда это после у взрослого человека девается?». Поэтому читаешь рассказ Пришвина и понимаешь, это вообще обо всем.

Помимо рассказов, Пришвин, с 1905 года и до самой смерти почти ежедневно вел дневник, в который он записывал свои размышления обо всем происходящем в его жизни (события, встречи и пр.). После революции, ведение дневника, прежде бывшим не более чем материалом для литературных трудов, стало для Михаила Михайловича необходимостью, заменив друга с которым можно было без опаски поразмышлять обо всем, в том числе и о новой власти, а он во многом был не согласен с ней. В его дневнике есть такая запись «…за каждую строчку моего дневника — 10 лет расстрела».

Колокол, сброшенный с колокольни Троице‐Сергиевой Лавры Колокол, сброшенный с колокольни Троице‐Сергиевой Лавры

Во второй половине 20‐х годов Пришвин поселился в Сергиевом Посаде, только‐только переименованном в Загорск, и оказался свидетелем окончательного разорения Троице‐Сергиевой лавры. Эти события Пришвин подробно записал в Дневнике, сделал много фотографий. Благодаря этому, мы имеем сегодня один из самых поразительных документов эпохи — фотографии и описания сброса лаврских колоколов в январе 1930 года.

В его жизни было много счастья и много несчастья, страдания, бедности, одиночества и непонимания, но еще больше радости и любви, и, пожалуй, мало кто из русских писателей ХХ века сумел прожить свою жизнь так полнокровно и вольно, как он, не поступившись в то сложное время ни совестью, ни честью. И дело не в том, что в отличие от известных в то время писателей, Пришвин в литературе и в жизни шел незаметными боковыми тропками. Просто помимо таланта писать у него был такой же несомненный талант жить — тот, который он позднее назвал «творческим поведением» и повторял вслед за Грибоедовым «пишу как живу».

А жил Михаил Михайлович просто, по‐христиански, смиренно, был трудолюбив (Пришвин, родившийся в богатой купеческой семье, тем не менее, никогда не гнушался тяжелой физической работы, сам ходил в лес за дровами, рубил их, топил печь, копал огород, чинил машину и пр.), и был добр, не любил скандалов и хвастовства, но ценил ум и простоту в людях. Почитал родителей. Верил в Бога. В дневнике есть запись о его понимании мира: «Так ясно, что надо делать для понимания мира: нужно отказаться от себя (эгоизм), и тогда душа будет светиться (поэзия и есть свет души): рабы всегда светятся, а начальствующий прёт нахально, жизнь птиц и животных состоит вся в лишениях, и оттого они так прекрасны весной».

Пришвин живя, исходил из своих принципов: если нельзя победить зло в открытом сражении, надо искать другие пути. Запастись терпением, выжидать, пока пройдет эта новая ночь, как прошла ночь черного передела и гражданской смуты, не торопиться возвращать билет Творцу, а терпеть, покуда голгофская тьма распятия не обратится в воскресение и торжество света — мысль стоическая и неисчерпаемая для русской истории. «Так бывало не раз со мной, и вот отчего: когда приходишь в тупик, я не отчаиваюсь, а замираю на темное зимнее время и жду со страдающей тварью весны — воскресения».

Валерия Дмитриевна Пришвина Валерия Дмитриевна Пришвина

Но не только терпение помогало писателю переждать трудные моменты, но ещё умение радоваться природе, трудолюбие и понимание что ничего в этой жизни не принадлежит человеку — «Мужики отняли у меня все, и землю полевую, и пастбище, и даже сад, я сижу в своем доме, как в тюрьме, и вечером непременно ставлю на окна доски из опасения выстрела какого‐нибудь бродяги. Дня три я очень горевал, и весны для меня не было, хотя солнце светило богатое, весеннее. Оно было для меня будто черное. И зеленую траву (с чистого поля!) я не видел, и что птички пели, — я с детства знаю и люблю каждую, — не слыхал и записал в дневник свой так: «Звезда жизни моей единственная почернела, а коровушку мою принципиально зарезали мужики». Только вчера с вечера сердце мое стало отходить, и, проснувшись ночью, я стал думать: «Неужели же солнце, и звезды, и весеннюю траву‐цветы любил я только потому, что солнце и звезды светили мне на моей собственной земле и травы‐цветы росли в моем собственном саду?» Утром я почувствовал, что в сердце моем всходит богатое солнце, открыл ставню, и солнце мое встречается с солнцем небесным: так мне стало радостно, так весело. Я напился чаю, взял железную лопату и стал в чужом саду раскапывать яблоньки».

Бог всегда идет навстречу тем, кто ищет его, и посылает ему утешение. Так и Пришвин, на закате своей жизни был вознагражден — встретил Валерию Дмитриевну, которая стала ему не только любимой и понимающей женой, но и единомышленником и помощником в его жизни и в творчестве. Так он записал в дневнике о своем чувстве «1940 г. Моя любовь к ней есть во мне такое «лучшее», какое в себе я и не подозревал никогда. Я даже в романах о такой любви не читал, о существовании такой женщины только подозревал. Это вышло оттого, что никогда не соприкасался с подлинно религиозными людьми: ее любовь ко мне (едва смею так выразиться) религиозного происхождения. Смотрю на себя со стороны и ясно вижу, что это чувство мое ни на что не похоже: ни на поэтическую любовь, ни на стариковскую, ни на юношескую. Похоже или на рассвет, или на Светлое Христово Воскресенье, каким оно в детстве к нам приходило».

В ожидании Экскурсовода В ожидании Экскурсовода

Мы поехали в Дунино после воскресной службы. Пока взрослые покупали входные билеты, сотрудники музея разрешили детям осмотреть всю территорию участка, прилегающего к дому М. М. Пришвина (напомним, участок площадью около 1 гектара). Дети очень обрадовались и куда‐то быстро исчезли. После окончания экскурсии сопровождающие взрослые тоже прогулялись по участку, было интересно посмотреть и липовую аллею, и пчелиную пасеку, и небольшая лесная полянка с маленькой сценой и пеньками вместо лавочек. Над усадьбой постоянно слышалось легкое жужжание пчел, и даже посчастливилось увидеть как улей вылетел из своих домиков и завис над пасекой, как‐будто маленькая тучка, а затем медленно полетел на другую поляну.

Купив билеты, мы увидели наших детей сидящими недалеко от сцены на пеньках, под красивой липой и елями.

Экскурсовод решила начать рассказ о писателе там, где было уютно детям — на пеньках. День стоял солнечный, теплый, слегка дул южный ветер и разносил с собой ароматы свежей травы и первых цветов, на деревьях наперебой щебетали птицы, так что и мы, взрослые, обрадовались, что экскурсия начнется на улице. Вот в такой приятной атмосфере началось наше знакомство с Михаилом Михайловичем Пришвиным.

С чего же начнется рассказ о «певце природы?» Экскурсовод, присев на пенёк, улыбнулась, посмотрела на детей, и обратилась к Петру «Вот, мальчик, ты только что сорвал растение — это лютик. А знаешь ли, что через неделю у него бы появились маленькие желтенькие цветочки, которые покроют всю полянку и будут цвести, радуя нас своим солнечным видом. А растение, которое справа от тебя — колокольчик, ещё немного времени и он покажет нам свои нежно‐голубые цветочки. А растение, которое слева от тебя незабудка…» И так слово за словом, цветочек за цветочком мы перенеслись в сад маленького мальчика Курымушки (так в детстве звали Михаила Пришвина), и вместе с ним бегали по Липовой аллее, расположенной на его родительской усадьбе, радовались жизнь и рвали букетики для мамы. И вот Курымушке уже 10 лет, впервые мама повела его в храм ко причастию, где он забежал в алтарь в поисках своей потерянной мамы, за что пришлось ему получить выговор от служившего в то время Батюшки, положить поклоны и вернуться к маме. И вот он уже юный гимназист, прочитал рассказ Майн Рида и решил, подговорив друзей, отправиться за приключениями из гимназии в «Азию», для этого ребята соорудили плот чтобы плыть по рекам, и тайком от учителей начали своё путешествие по реке. Через день их поймали поймали, Пришвин получил выговор и подлежал наказанию. «Дети совершили великое путешествие!» — заступился за детей, и помог им избежать исключения из гимназии, учитель по географии В. В. Розанов, а впоследствии ставший известный в мире философ и писатель. Хотя позднее В. В. Розанов, за полученное оскорбление от Пришвина‐гимназиста инициировал исключение Пришвина из гимназии с волчьим билетом, что означало запрет на поступление в любое учебное заведение России. Забавно, но много лет спустя В. В. Розанов снова встретившись с Михаилом Михайловичем. Оба уже были известны, Розанов тогда сказал Пришвину, что исключение из гимназии видимо пошло на пользу. Нам не известно что подумал при этих словах писатель, но прошлое не помешало им стать с тех пор приятелями.

Семигранная веранда Семигранная веранда

Мы перешли в дом‐музей, стоим в кабинете писателя. Кабинет — центральное место мемориальной экспозиции. Окна кабинета выходят на лесную часть усадьбы с поляной и еловой аллеей, вдали открываются виды на заречные поля с лесом на горизонте. В кабинете находится библиотека, в которой дети сразу увидели Библию в старинном переплете, семья Пришвиных была верующей и старалась ежедневно читать её, фотографические и охотничьи принадлежности, письменный стол писателя. Каждый предмет в кабинете имеет свой особый смысл, свою историю, по своему был важен для писателя. Обо всем этом поведал, уже полюбившийся нам, Экскурсовод. Путешествие по кабинету было очень увлекательно, к тому же нам разрешили взять в руки некоторые предметы. Впервые мы увидели и даже примерили (одели за спину) березовый короб, прародитель современных рюкзаков. Наверно похожий короб был и в сказке о Маше и Медведе. Мальчикам понравились кожаные сапоги для охоты, и удивило то, что снять их можно было только с помощью другого человека или специального приспособления. Девочкам больше понравился абажур настольной лампы, сделанный руками любимой жены Михаила Пришвина из обычных осенних листьев и марли, но при этом он был очень красивым и нарядным.

Далее мы прошли на большую открытую семигранную веранду. С веранды, окруженной зарослями жасмина, открываются виды на яблоневый сад, липовые аллеи, цветники, отсюда во всей красе видна столетняя пихта. Здесь Пришвин отдыхал, иногда работал, а вечерами любил наблюдать звездное небо.

Икона Богородицы, расположенная в спальне Икона Богородицы, расположенная в спальне

Следующая комната — столовая, самая большая и светлая комната в доме. Здесь Пришвин проводил ранние утренние часы за работой, здесь обычно встречал гостей. За большим столом часто собирались друзья — у Пришвиных бывали П. Л. Капица, Е. А. Мравинский, пианистка М. В. Юдина, дунинские дачники. Разговоры за чаем продолжались иногда до позднего вечера, любили Пришвины и читать вслух стихи, рассказы, порой кто‐то из гостей играл и на фортепиано. И вот на этом самом фортепиано, которое всего полвека назад ещё слушал Михаил Михайлович, Анна Куприянова исполнила нам одно из своих любимых произведений.

Осмотрели третью комнату дома, спальню. В ней висела икона Божьей Матери.

Экскурсия подошла к концу, последним мы осмотрели гараж, там стоял красивый старинный автомобиль писателя — Москвич выпуска 1948 г. День был очень насыщен событиями, и дети, не задерживаясь у гаража, поскорей побежали в автобус за бутербродами.

Подворье Троице‐Сергиевой лавры Подворье Троице‐Сергиевой лавры

Возвращаясь домой мы проезжали мимо подворья монастыря преп. Сергия Радонежского в Горках−2, где в это время находилась святыня, привезённая с Афона. Так сложилось, что одновременно с нами приехали приложиться к Святым дарам и другие прихожане нашего Храма, мы очень обрадовались увидев друг друга. Так светло и радостно начались летние каникулы.

Вот уже и 1‐е сентября прошло, начался учебный год, а некоторые из детей нашей группы порадовали, прочитали за лето книгу сказок Пришвина, особенно понравился рассказ «Кладовая солнца».

Надеемся, что знакомство с жизнью и творчеством Михаила Михайловича Пришвина оставит в детях не только приятное впечатление от поездки, но и желание беречь природу, строить свою жизнь на добре и чести, и искать сил не во внешнем материальном преходящим мире, а в Боге и природе.

«Нужно, чтобы каждый человек нашел для себя лично возможность жить жизнью высшей среди скромной и неизбежной действительности каждого дня…» (М. М. Пришвин).

7 октября 2014 г.

Людмила Бурмистрова

Фотоальбом «Поездка в музей М. М. Пришвина 2014 г».

Контактная информация:
телефоны:
+7 495 593-13-67, +7 495 593-32-79.